+7 (495) 178 00 27

+7 (926) 582 74 54

 

Чтобы помнили

 

Неизвестный поселок. Весна  1943 года.

 

Этот проклятый дождь льет уже третьи сутки. Барабанит острыми, как бритва каплями по раскисшей, кашеобразной земле. Забивается под шинели, мочит и приводит в полную негодность ружья, боеприпасы. Пронизывающий холод пробирает до костей, заставляет людей собираться в большие группы, ежиться, стараясь поплотнее укутаться в насквозь сырые одежды и одеяла. Безнадежность...  Безнадежность чувствуется повсюду - она висит в воздухе, цепляясь за нависшие свинцовые тучи, свешивается с концов ружей, переброшенных через плечо, медленными струйками стекает с посеревших, уставших лиц. Среди всеобщей апатии оптимизм и энергия остались, казалось бы, только у Сашки Полякова. Неутомимый молодой солдат в потертой шинели как всегда постоянно находился в движении. Переходил от группы к группе, заговаривал с людьми, много смеялся, старался подбодрить, и... фотографировал. За несколько лет во взводе все уже привыкли к этой двоице-Сашке и его неразлучному бердскому другу фотоаппарату «ФЭД», любовно называемому Сашей Федькой. Федька сопровождал Полякова всегда и везде - в жарком бою, в часы привала и краткосрочного досуга, в походе. Даже спали неразлучные друзья всегда вместе - Сашка скрутившись в калачик и по детски-наивно прикусив большой палец, а Федька рядом с ним, почетно и чинно расположившись  в большом кожаном  потертом заводском футляре. За время войны Федька прошел вместе с Поляковым весь путь от Москвы до этого неизвестного поселка их необъятной Родины. Бывал он и  под жарким, изнуряющим солнцем Севастополя, топ в грязной осенней жиже Брянска, замерзал в снегах осаждаемого Сталинграда. И всюду неизменный помощник помогал Саше делать фотографии - немых свидетелей тех дней. Снимал Саша много и упорно, часто отдавая процессу все свое такое короткое подчас на фронте свободное время. Фотографии Поляков хранил в особом холщовом мешочке, сшитым его матерью и вышитым женой Саши. К священному мешочку не подпускался никто на пушечный выстрел, хранился он во внутреннем  кармане шинели, под сердцем. Снимки отражали военные будни большой страны-лица солдат, идущих в атаку либо сжавшихся в тесных холодных окопах, оставленные немцами или Советской армией разрушенные города и села,  испуганные маленькие фигурки детей, замученные лица женщин, морщинистые лица стариков с глубокими впадинами все понимающих глаз, в которых непонятным чудом все еще теплилась жизнь. Вот солдат присев на бревне и, мусоля огрызок карандаша, пишет письмо домой. Вот копания солдат позирует с оружием, на лицах - залихватские мальчишеские улыбки. А вот взявшиеся непонятно откуда бездомные животные лазят по остаткам сгоревшего дома, пытаясь найти что-то съестное...  Когда сослуживцы начинали по-доброму смеяться над молодым солдатом или спрашивать, зачем это ему, Сашка лишь улыбался своей мальчишеской, стеснительно-открытой улыбкой, тер чуб непослушных волос цвета зрелой пшеницы и говорил: «Потом спасибо еще скажете, черти. Вот приедете домой, будет, чем похвастаться перед родителями и любимыми, авось и сейчас весточку пошлете, порадуете родных»...

 

... Через три дня после вынужденной передышки, когда небо, казалось бы, решило выплакать все запасы скопившихся там, наверху, слез, рядового Полякова приговорили к расстрелу. За день до этого разведка отправилась в ближайшее селение добывать «языка». Бездействие плохо влияло на людей, угнетая их боевой дух, и командир решился на отчаянные меры. После многочисленных неплодотворных попыток, когда группа уже было, отчаявшись, возвращалась назад с боевого задания, Саше по воле случая удалось захватить фрица, вышедшего набрать воды из колодца на краю деревни. Но тот оказался слабым и погиб от ран по дороге. Командир почти спас Полякова, но подколотый, подшитый материал из особого отдела уже лежал на столе командования. Приказ обжалованию не подлежал...

 

 Накануне расстрела Саша подошел к Игорю, мускулистому молодому парню с открытым , дружелюбным лицом и молча протянул ему вышитый холщовый мешочек.

 

-Ты чего? - удивленно спросил Игорь.

 

-На, возьми, - Саша старался избежать взгляда товарища, все время отводя глаза в сторону и косясь на край своего ботинка, покрытого толстым слоем раскисшей грязи. - Возьми, Игорь, и обещай мне, что обязательно передашь это моей семье, в Москву, внутри есть адрес.

 

-Но Саша...

 

-Бери! - резким  движением Саша вручил ошалевшему Игорю мешочек и, развернувшись на каблуках, быстро пошел прочь...

 

.. Рядового Александра Полякова расстреляли на рассвете. Моросил все тот же холодный, надоедливый дождь. Небо хмурилось свинцовыми тучами. Он стоял такой маленький и беспомощный в одной гимнастерке, прижатый к побеленной облупившейся стене какого-то барака, служившего бойцам временным пристанищем. Детские серо-голубые глаза смотрели на взъерошившиеся стволы с выражение удивления и обреченности. У Игоря дрожали руки. Ему хотелось убежать, бросить это осточертевшее оружие, которое должно было быть направлено против друга, с которым было пройдено и пережито так много, казалось бы, половина их такой недолгой жизни. Бежать, бежать ! Далеко-далеко, по грязи, по траве, по лугам его родной деревушки, бежать.. а потом рухнуть в стог свежескошенного сена, зарыться в него поглубже, с головой, вдыхать с детства знакомый запах полей и плакать... Выплакать всю горечь, все обиды, весь страх... Мужчины не плачут... но впервые за 20 лет своей жизни Игорю нестерпимо хотелось плакать. Но он заставил себя смотреть. Набатом прозвучали в ушах слова команды:

 

-Взвод! Готовься!  Целься! Пли...

 

-Чтобы помнили... успел уловить Игорь последние слова Саши, сказанные ему в то дождливое весеннее утро.

 

 

Москва, 29 сентября 1999 года.

 

Паша сидел за столом и смотрел на дедовские снимки. Бабушка много рассказывала Паше о нем. Он был герой, красноармеец. Правда, в 1943 он был расстрелян, но потом реабилитирован и даже награжден орденом. Бабушка рассказывала, как однажды летом 1945-го  к ней постучался высокий, статный красноармеец, форма которого сплошь была в орденах и медалях, и, представившись и смущенно улыбнувшись, протянул холщовый мешочек. Там лежали фотографии, сделанные дедом во время войны. Иллюстрации боевого пути его товарищей и повседневной жизни объятой агонией войны страны. Был там и неизменный помощник и верный соратник Сашки Полякова-фотоаппарат «ФЭД». Большую часть фотографий бабушка отдала в музей и различные общественные организации, оставила лишь несколько из них, на память. А фотоаппарат остался лежать в своем заводском потертом кожаном чехле в кладовке, бережно протираемый бабушкой время от времени от пыли. Когда Пашка подрос, он стал, как дед, увлекаться фотографией и проводил много часов наедине с Федькой, бегая по московским улицам и паркам. А теперь он лежал перед ним на столе, рядом с фотографиями. Завтра Пашу ждала боевая командировка в Чечню. Еще раз взглянув на фотографии, Паша бережно сложил их в альбом, фотоаппарат же отправился до завтра в дорожную сумку.

 

Поначалу командир старался бороться с привычкой бойца, не расстающегося со свои фотоаппаратом ни на секунду. Но потом махнул рукой на упрямого паренька. Сослуживцы же иногда дразнили Пашку: «Ишь ты, какой раритет нашел. Ты бы еще динозавра с собой на фронт притащил». Но Паша лишь отмалчивался и отшучивался и фотографировал, много, упорно. Боевые будни, природу Чечни, лица местных жителей.

 

Примерно через месяц после начала командировки боевое подразделение Паши Полякова освобождало заложников в одной маленькой горной деревушке. Боевики уже были уничтожены и оттеснены назад, солдаты прочесывали дома, стараясь оказать помощь заложникам и местным жителям. Как вдруг внимание Пашки, как всегда неразлучного с Федькой и делающего очередные снимки, привлекла маленькая девочка, сидящая в углу полуразрушенного дома с большими, как блюдца глазами. Ребенок был явно напуган и Пашка решил помочь.

 

-Привет. Как тебя зовут....   Взрывная волна откинула Пашу на несколько метров, а на том месте, где сидела девочка, зияла огромная черная дыра. Горело все тело, будто поджариваемое на сковородке в адском огне.

 

-Паша! Как ты?- с огромным трудом повернув голову, он увидел склонившегося над ним Андрея, его лучшего друга. -У нее была граната. Эта паршивка взорвала ее...

 

-Андрей... – Паше было очень трудно говорить,  трехтонный казалось язык еле поворачивался в пересохшем раскаленном горле. Собрав остатки силы, Паша продолжил. - Андрей... Пообещай мне.

 

-Да, конечно!

 

Огромным усилием воли Паша дотянулся до внутреннего кармана гимнастерки и достал оттуда холщовый бабушкин мешочек . - Обещай мне, что передашь это моей семье.

 

-Ты сам, сам все передашь! - голос Андрея дрожал, глаза застилали слезы.

 

Пашка горько ухмыльнулся. - Ну же, друг. Ты же и сам все понимаешь... – И вдруг, строго, -обещай... слышишь? Обещай, что обязательно передашь! Чтобы помнили...


Работа на конкурс статей "Промо лето 2013"
Автор: Marina Mamikonjan

Еще почитать:

 

Приз 10 000р! Конкурс статей "Промо Лето 2013"

 

В первый раз! В Ленинград! В Питер!

«Пазиком» в Кантемировку, Россия. Поезд пассажирский, купейных нет. Идиот, надо было в Чертково, здесь скорые не останавливаютcя.

 

Приз 10 000р! Конкурс статей "Промо Лето 2013"

Креативный марафон - конкурс статей "Промо лето 2013" с призовым фондом 10 000р.

 

Раскрутка веб сайта в Яндексе.

Раскрутка сайта в Яндексе: сложный, но надежный путь продвижения.

 

Остались вопросы? Получите бесплатный совет от профессионалов: